Где карта, Билли? Что такое User Story Map и как она помогает создавать продукты для людей

В своём посте 2008 года Джефф Паттон, эксперт по гибкой разработке и дизайн-мышлению, описывал жалобу, которую он часто слышал от команд разработки:

Рефлексируя над этим, Паттон пришёл к выводу: команды теряют целостное видение продукта, потому что работают по «плоскому бэклогу». И предложил альтернативу — бэклог в форме карты пользовательских историй.

User Story Mapping — это популярный инструмент гибкого подхода к разработке, а точнее — к этапу планирования. Карта пользовательских историй представляет собой визуализацию пути, который клиент проходит, взаимодействуя с продуктом. USM включает в себя все задачи, которые пользователь обычно выполняет в ходе этого путешествия.

Как понятно из термина, карта пользовательских историй — это карта, состоящая из пользовательских историй. А пользовательская история — это что?

Пользовательская история, или User Story — простой, интуитивно понятный способ сформулировать требование к элементу разрабатываемого продукта. Пользовательская история говорит голосом пользователя и строится по шаблону:

Сила подхода — в простоте. Мы рассматриваем конкретного пользователя, понимаем, что он хочет сделать и какой результат ожидает получить. В этой формулировке есть все данные для поиска решения.

При этом история не навязывает конкретную форму решения. Она помогает держать в фокусе действительно важные вещи — пользователя и его потребности. На практике встречается вариация пользовательских историй — истории задач (Job Stories). О них в другой раз:)

С подачи Паттона концепция User Story Map стала распространяться в среде продуктовых разработчиков в середине нулевых. До этого общей практикой был так называемый «плоский бэклог».

Это список проектных задач, похожий на список дел, который мы составляем в начале дня, или список покупок, который набрасываем по дороге в магазин. Плоский бэклог состоит из множества низкоуровневых задач типа «сделать форму отправки контактов».

Человеку, не знакомому с разработкой, может показаться, что с этим подходом всё в порядке — ведь из формулировки ясно, что делать. Недостатки становятся видны, если взглянуть на него с позиции гибких методологий разработки.

• Плоский бэклог не даёт общего представления о продукте. Если продукт достаточно большой и сложный — в плоском бэклоге видны все отдельные функции, но по ним сложно судить, как работает система целиком. Глядя на множество разрозненных задач, невозможно понять главную ценность для пользователя, увидеть связи и зависимости между элементами.
• Плоский бэклог не помогает команде планировать релизы. Это особенно важно, когда продукт новый. Нужно очертить границы первой версии (MVP), а затем определиться с функционалом последующих. В плоском бэклоге всё выглядит одинаково важным. И столь же одинаково неважным.
• Плоский бэклог не помогает расставить приоритеты. Команда не может делать всё сразу, а значит, необходимо выделить задачи, за которые нужно взяться в первую очередь, затем те, что пойдут в работу следом и так далее. Сам Паттон признаётся, что худшие часы жизни он провёл на собраниях, где команда пыталась приоритезировать задачи.

Даже если плоский бэклог состоит из задач, сформулированных как пользовательские истории — проблема с приоритетами сохраняется. Хорошо, что задачи фокусируются на потребностях пользователя. Но это только половина дела. За вторую половину отвечает сам принцип организации этих историй — карта.

Сам Джефф Паттон описывает проблему плоского бэклога через метафору с деревом:

Как говорит сам автор концепции, в основе карты пользовательских историй предельно простая идея.

Наверху карты — большие истории. Сам Паттон называет их активностями. Это сравнительно крупная задача, которую выполняет пользователь с помощью продукта. Активность может состоять из множества шагов, у неё нет единого общего линейного сценария — то есть к одному и тому же результату можно прийти разными путями.

На карте активности выстраивают слева направо в том порядке, в котором пользователь сталкивается с ними внутри продукта. Рассмотрим это на примере реального проекта компании arcsinus — сервиса подбора персонала для крупного заказчика. Одна из персон — пользователей сервиса — менеджер по персоналу. Его активности в продукте выглядят так:

Вот одна из активностей: «Оформление кандидата на работу». Формулировка предельно общая.

Активность — сущность слишком большая для одной задачи. Её невозможно разработать за один спринт. Значит, требуется дальнейшая декомпозиция.

Уровнем ниже — собственно пользовательские истории. Внутри пользовательской активности «Оформление» может быть как минимум два вероятных сценария развития: «Оформить кандидата» и «Не оформить кандидата».

Это и есть ключевая сущность USM — история. Согласно трёхчастной структуре, о которой мы говорили выше, история будет звучать так:

Ещё одним уровнем ниже находятся пользовательские задачи. Это шаги, на которые можно разбить пользовательскую историю, мелкие действия, которые пользователь предпринимает, чтобы достичь цели. В нашем примере задача пользователя может выглядеть так:

Таким образом, активность может включать несколько пользовательских историй. Пользовательская история может состоять из нескольких пользовательских задач.

На практике в командах вместо слова «активность» часто используют термин «эпик». Его придумал не Джефф, и он не любит этот термин. Термин «история» ему тоже не очень нравился, но с ним он смирился.

Сам Джефф — любитель понятных метафор — сравнивает структуру карты со скелетом. Ряд активностей — это хребет продукта. Пользовательские истории — рёбра.

Активности из хребта — это суть продукта, ответ на вопрос, зачем он существует и как работает. Суть легко потерять из виду, если фокусироваться только на рёбрах — отдельных шагах, низкоуровневых задачках пользователя. Это и происходит, когда команда работает по плоскому бэклогу.

Но если в бэклоге есть хребет из активностей — команда всегда сможет легко ответить, зачем она работает над той или иной задачей. Достаточно лишь взглянуть, к какой активности (или эпику, если этот термин принят в компании) относится задача.

Представление бэклога в виде User Story Map решает несколько взаимосвязанных проблем разработки. Вот что даёт карта пользовательских историй команде:

• Цельное видение клиентского опыта. Карта пользовательских историй отражает реальные сценарии взаимодействия пользователя с продуктом. Как правило, User Story Map строится на основе карты пути клиента (Customer Journey Map). Если последняя описывает опыт клиента от взаимодействия с брендом во всех каналах, то USM работает локально, в рамках конкретного канала — например, приложения. Сам принцип построения и формат карты позволяют увидеть логические несостыковки и потенциальные проблемные места в опыте пользователя.

• Цельное видение продукта. За десятками и сотнями рядовых задач нередко размывается образ продукта целиком. Для чего создан продукт? Как он работает? Какие проблемы решает? В командах, работающих по плоскому бэклогу, ответить на эти вопросы часто может лишь менеджер продукта или владелец продукта. Бэклог в виде карты историй позволяет на любом этапе разработки составить общее представление о продукте — даже тому, кто только что присоединился к команде.

• Чёткие приоритеты в разработке. Структура карты историй отражает путь пользователя в естественном порядке — последовательность задач соответствует последовательности действий реального пользователя. Именно в таком порядке логично строить и процесс разработки. Например, вначале нужно реализовать авторизацию, и только потом — форму заказа, который нельзя сделать без авторизации. Этот подход гарантирует, что продукт уйдёт в тестирование с полным набором функций, необходимых для выполнения сценария.

На уровне философии компании карта пользовательских историй — это то, что отличает продуктоцентричный и клиентоцентричный подходы к бизнесу.

Мы живём в эпоху экономики впечатлений и опыта. Человек делает выбор в пользу бренда, который слушает и слышит своего клиента, отвечает на его запросы и решает его проблемы.

Пока продуктоцентричная компания создаёт идеальный продукт для идеального клиента — который, кстати, может не существовать в действительности — все решения клиентоцентричной компании строятся вокруг реального клиента и его потребностей.

User Story Map — инструмент клиентоцентричной разработки. Пользовательские истории — это голос клиента, а карта историй отражает то, что ждёт клиент от продукта.

→ User Story Map — лучшая практика для планирования разработки, пришедшая на смену «плоскому бэклогу» в середине нулевых.

→ Плоский бэклог — это простой список задач, лишённых контекста. Он не даёт понимания, какую пользу приносит клиенту та или иная функция, не помогает приоритезировать задачи, делить продукт на версии и планировать релизы.

→ Бэклог в форме карты пользовательских историй помогает команде на любом этапе работы не терять общее видение продукта, отслеживать потенциальные проблемы в пользовательском опыте, а также приоритизировать задачи и планировать релизы.

→ User Story Map — атрибут актуального клиентоцентричного подхода к разработке. Работая по бэклогу в форме USM, команда разрабатывает продукт, решающий реальные проблемы реальных пользователей.